День памяти одесской трагедии. Что произошло в Доме профсоюзов и почему убийцы до сих пор не наказаны

События в Одессе 2 мая

Днем в центре города начали собираться участники марша «За единство Украины». Публика была, мягко говоря, воинственная: активисты Евромайдана и футбольные фанаты. Последних националисты уже не раз использовали для уличных драк и погромов, причем ни разу виновники не были найдены и наказаны.

Как раз 2 мая проходил футбольный матч между одесским «Черноморцем» и харьковским «Металлистом», так что появление в городе заезжих ультрас было объяснимо. А уж были ли они харьковскими болельщиками или просто крепкими парнями, напялившими шарфики и кепки с нужной символикой, — другой вопрос.

Что до «евромайдановцев», то они к тому времени уже ощутили себя полновластными хозяевами страны, которым позволено все. Соцсети с утра пестрели снимками и видеороликами, где молодые люди показывали кастеты и бутылки с зажигательной смесью, биты и даже огнестрельное оружие, хвастаясь, что идут убивать своих оппонентов.

Подавляющее большинство были, как и ультрас, пришлыми: их сбросили боевым десантом, справедливо полагая, что в самой Одессе не наберется нужного количества головорезов. Ведь город, как и практически все поселения на востоке Украины, был русскоязычный и не поддерживал очередной госпереворот, который произошел в ноябре 2013-го в Киеве.

Собственно, потому одесситы и начали пикеты и митинги — им совершенно не нравились законы новой власти. Но эта самая власть не желала проигрывать. И для того, чтобы не допустить сценария отделившегося Донбасса, город и его жителей решили проучить и сделать наглядным примером для остальных недовольных.

Поджог палаточного лагеря

Первые стычки начались примерно в 15:30 и быстро переросли в уличные бои. Летели камни, мелькали кулаки, гремели оскорбления — все это транслировали в соцсети перепуганные прохожие и участники обеих сторон. Погибли шестеро человек: застрелили двоих со стороны националистов и четверых «антимайдановцев».

Сторонники «единой Украины» заставили отступить своих противников. Часть людей бросилась к палаточному лагерю на Куликовом поле, а часть — забаррикадировались в торговом центре «Афина». Но туда нагрянул отряд быстрого реагирования «Сокол», скрутил несколько человек и отправил их в изолятор.

Тем временем наци снесли быстро собранную линию обороны у палаточного лагеря и подожгли его. Люди, спасаясь от разъяренной банды, бросились в Дом профсоюзов. По разным сведениям, там укрылись около трех или четырех сотен человек. У входа завязалась потасовка, и тем, кто находился внутри, пришлось баррикадировать входы в здание.

Огонь в Доме профсоюзов

Бои у входа переросли в бомбардировку друг друга «коктейлями Молотова». Вспыхнул пожар, и от баррикад на первом этаже огонь перекинулся на центральную лестницу и лестничные площадки. Сработал «эффект трубы»: часть второго и третьего этажей оказались в дыму и заполнились угарным газом.

Началась паника. Люди пытались спастись — прыгали из окон или выбирались на крышу. Небольшая часть «евромайдановцев», к их чести, попытались помочь выбраться пострадавшим. Но большинство набрасывалось с кулаками на тех, кто смог вырваться из огненного плена: медики заявили, что оказывали помощь как минимум дюжине избитых.

А что же спасатели? Первые известия о пожаре в палаточном лагере стали поступать диспетчерам в 19:30, а через 15 минут уже сообщили о пылающем Доме профсоюзов. Вот только пожарные расчеты прибыли на место спустя 40 минут после первых вызовов.

Лишь к полуночи огонь окончательно потушили. От ожогов и отравления угарным газом скончались 32 человека. Еще семеро разбились насмерть, прыгнув из окон горящего Дома профсоюзов, трое умерли от полученных травм в больнице.

Одесситы о трагедии 2 мая

Большинство известных выходцев из Одессы тяжело переживали известие о том, что случилось в их городе. Главный одесский сатирик Михаил Жванецкий не скрывал боль за родной город.

А вот знаменитый «одесский джентльмен» Олег Филимонов был куда аккуратнее в высказываниях: «Считаю, что никакие политические амбиции кого бы то ни было — тех, других, не важно — не стоят ни одной жизни». Все. Но тут дело не в том, что комику не хватило слов или что краткость — сестра таланта.

Просто шоумен как раз в то время занял «жесткую проукраинскую позицию». Позднее, в 2020-м, Филимонов решил стать мэром Одессы и вступил в партию «Слуга народа» (после КПСС как-то неудивительно), а еще публично обещал говорить лишь по-украински. Выборы он проиграл с разгромным счетом. И слова своего, судя по соцсетям, не сдержал.

Зато другой одессит, депутат Госдумы Анатолий Вассерман, не стал осторожничать и прямо возложил ответственность за бойню у Дома профсоюзов на действующие на тот момент украинские власти. Эрудит заявил, что так они надеялись запугать жителей города: это было «массовое убийство антифашистов фашистами».

Расследование трагедии 2 мая

Для властей города последствия событий у Дома профсоюзов были более чем мягкими. Всего-то уволили главу Одесской областной государственной администрации. Милиционеров, которые не стали мешать убийствам, и неторопливых пожарных не тронули. Кое-кого из их начальства, правда, осудили, но заочно — все фигуранты успели сбежать.

Ни один из основных виновников гибели людей в Доме профсоюзов и на улицах Одессы не понес реального наказания. Украинские судьи по сей день предпочитают брать самоотводы, только бы не рассматривать эти дела.

Единственным, кто хоть как-то заступился за пострадавших, был… Европейский суд по правам человека. Он в марте 2025 года признал Украину виновной в неэффективном расследовании трагедии и обязал выплатить ближайшим родственникам погибших и выжившим, получившим серьезные травмы и ожоги, компенсацию на общую сумму 114 тысяч 700 евро.

Последствия трагедии в Одессе

Вассерман прав — одесситов хотели запугать и таки запугали. Бездеятельность в расследовании стала иллюстрацией принципов новой власти: кто не с нами, пусть пеняет на себя. И люди дрогнули. Потомки тех, кто когда-то гонял танками НИ-1 фашистскую нечисть, уступили их потомкам свой город.

Казалось немыслимым, что в Одессе промолчат против сноса памятника Екатерине II, Александру Пушкину и Владимиру Высоцкому, бюста Исаака Бабеля. Согласятся с переименованием бульвара Жванецкого и улицы Ильфа и Петрова. Даже самой «Жемчужине у моря» подбирали новое имя.

От когда-то веселого и доброго города почти ничего не осталось: он оказался во власти националистов и двурушников вроде Филимонова, правда, более удачливых на политической арене. Хочется надеяться, что это все временно. Но, как говорил Михаил Михайлович: те, кто не вернулся из Дома профсоюзов, тоже надеялись.

Убийцы продолжают русофобию

Когда нынешний президент Украины Владимир Зеленский пришел к власти, он не стал давать команду расследовать дело о поджоге Дома профсоюзов. Причина проста — ни ему, ни его предшественнику Петру Порошенко была не нужна правда, пояснил 360.ru политолог, председатель крымского Центра политического просвещения Иван Мезюхо.

«Вероятнее всего, те националисты, что сжигали людей в одесском Доме профсоюзов, сегодня воюют на стороне киевского режима и дальше транслируют в медиапространство свою русофобию, человеконенавистническую идеологию», — отметил Мезюхо.

Украина проделала большой путь по нацификации государства, заверил политолог. Тот день, 2 мая 2014 года, стал неким водоразделом, который показал: украинская правящая верхушка оскотинилась, для нее вопросы гуманности перестали стоять во главе угла. По большому счету сегодня там правят дегуманизированные элементы.

Общество, и в первую очередь одесситы, заинтересованы в том, чтобы преступлению была наконец-то дана адекватная юридическая оценка, подчеркнул политолог. Однако в полной мере это возможно только лишь после того, как город-герой Одесса будет освобожден от нынешней оккупации киевским режимом, который уничтожает его историческое прошлое.

Зеркало украинской политики

Политический советник Сергей Маркелов предположил, что власти не столько тормозили расследование, сколько не делали его результаты известными публике. Что до Зеленского, то он в начале своей политической карьеры был довольно труслив и не желал брать на себя какие-то риски.

«Эта история с Домом профсоюзов просто была ему политически невыгодна. Впрочем, Зеленский отказывался рассматривать и другие дела, касающиеся экономики, коррупции и других процессов. Он вел себя как временный человек, боящегося собственной тени», — заметил Маркелов.

Он предположил, что, вероятно, часть силовиков все-таки были наказаны, но тихо, без огласки. Все потому, что одесская трагедия 2 мая 2014 года стала не столько политической выгодой властей, сколько зеркалом украинской политики.