Шаманы с крестами на пузе. Что не так с российской эстрадой

В посещении Шаманом «Нового Херсонеса», безусловно, есть яркий символ. Этот музей вырос рядом с настоящим Херсонесом — уникальным местом, где, согласно преданию, князь Владимир принял Крещение, где сошлись многие народы и цивилизации: греки, гунны, готы, римляне, византийцы и другие. Владимир Путин, произнося речь к Федеральному собранию в 2014 году, заявил, что Корсунь, он же Херсонес, — сакральное для России место.

«Новый Херсонес» сделан, как любил повторять Михаил Николаевич Задорнов, дорого и богато. Там работают множество музеев, повсюду иконы, но можно купить шашлыки, снять номер в гостинице прямо на территории и вообще отдохнуть.

Плюс есть сцены. Все это выглядит довольно эклектично: православные паломники соседствуют с губастыми девицами, оттопыривающими филейные части на фоне крестов и икон.

Так или иначе, «Новый Херсонес» — место для России знаковое; в таких случаях говорят «колоссальный федеральный проект». В определенном смысле это символ духовно-патриотического возрождения России. Так что все совпало, когда это место посетил Шаман, чье творчество подают тоже как возрождение истинных духовно-патриотических песен, но не в узком сегменте, а рожденных для масс.

Вот и сам Шаман, прибыв в «Новый Херсонес», похоже, решил лишний раз подчеркнуть свою железобетонную приверженность традиционным ценностям. Комментаторы и поклонники обратили внимание, что исполнитель расстегнул рубаху, явив миру большой крест на груди.

Все это отдавало Стасом Михайловым, но сочеталось с рокерской стилистикой Шамана, который, безусловно, в собирании своего образа руководствовался классическими рок-героями 70-х и 80-х: от Дэвида Боуи до Эксла Роуза. Вообще, к слову, по православным канонам, крест, наоборот, необходимо прятать от лишних глаз.

Ярослав, безусловно, внимательно слушал рассказ священника, проводившего ему по «Новому Херсонесу» экскурсию. Но, как мне показалось, пребывал в чем-то своем. В целом все это — кожано-крестовое, вписанное в новодел православия — смотрелось эклектично, как девицы с губами на фоне Богоматери, а, может быть, даже и вызывало когнитивный диссонанс. Однако так сегодня выглядит наша эстрада, а Шаман ее яркий представитель, хедлайнер.

Определенно, что-то не так в консерватории. Ведь если думают, что через такие образы и таких персонажей они прививают патриотизм, то это ошибка. Потому что думающий, искренний человек неизбежно чувствует фальшь.

Человек же более, скажем так, простых взглядов зашитые внутрь смыслы не считает. Хотя и он не понимает, почему такие, как Инстасамка, учат детей тому, как жить. В этом нет дальновидного. В этом нет здравого. Да и какие там у кого традиционные ценности?

Проблема в том, что, продвигая духовность, традиционные ценности, скрепы, вот это все, у нас идут от популярного, размышляя примерно так: ага, берем известного блогера или певца, даем много денег — и пусть говорит что надо.

Постфактум выходит, как в старом анекдоте, «пчелы против меда», а «диабетики за пирожные». Где-то над всем этим возвышается Станиславский и грозно постановляет: «Не верю!» Вот и многие не верят.

Потому что идти надо от воспитания и от того, чтобы облагородить это самое популярное, чтобы, в конце концов, популярным становилось то, что несет в себе здравы зерна. Да, если что, Шаман на этом поприще — не самый примитивный персонаж, хотя в Стаса Михайлова на православном утреннике он определенно заигрался.