«Какие ваши доказательства». Суд ООН принял иск России о «геноциде»: почему это важно?
:focal(0.7:0.22):format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNS8xMi9yaWEtODQxMTU3NmxyLTEuanBn.webp?w=1920)
Международный суд ООН (не путать с клоунским Международным уголовным судом в Гааге, легитимность которого не признают даже США) принял к рассмотрению иск России по обвинениям Украины в «геноциде». Как следует из постановления, иск посчитали приемлемым, указав, что Москва стремится опровергнуть украинские обвинения и обосновать собственные требования.
Более того, суд отклонил ходатайство Киева о непринятии иска Москвы, поскольку ее обращение подпадает под его юрисдикцию и имеет «непосредственную связь с предметом иска другой стороны». Теперь у России есть время до 7 декабря 2027 года, чтобы представить свои аргументы и ответить на возражения оппонента.
На фоне бурно разворачивающихся актуальных событий — чего стоит только жаркая перепалка Дональда Трампа с европейскими глобалистами! — новость из Суда ООН осталась почти незамеченной, а зря. Ибо она имеет первостепенное значение в контексте итогов конфликта на Украине и наказания виновных в военных преступлениях и преступлениях против человечности.
Когда умолкнут пушки, за дело возьмутся юристы. Тут уже не будет места оголтелой пропаганде, в рамках которой можно было создавать чудовищные провокации типа Бучи и, нимало не заботясь о доказательствах, обвинять Россию в каких-то немыслимых злодеяниях.
Проще говоря, любимое с некоторых пор в Европе «хайли-лайкли» не прокатит. Придется выложить на стол железобетонные доказательства или признать, что у вас их нет и никогда не было.
Что в этой связи важно отметить? Регулярные громогласные, но, как правило, ничем не подтвержденные обвинения Украины всегда носили исключительно пропагандистский характер. Скрупулезным сбором доказательной базы никто не занимался — незачем. Чаще всего это были фейки-однодневки, необходимые лишь для очередного выпуска новостей.
Даже в тех случаях, когда создание фейка становилось частью масштабной операции спецслужб, как с той же Бучей, фиксация свидетельств носила крайне поверхностный характер. Чтобы во время последующего «расследования», как говорится, не выйти на самих себя.
В России же к процессу сбора доказательств был совсем иной подход, тщательный и юридически выверенный, с учетом опыта еще наших правоохранительных органов в период Великой Отечественной войны, когда соответствующая работа начиналась сразу после освобождения той или иной территории.
:format(webp)/YXJ0aWNsZXMvaW1hZ2UvMjAyNS8xMi9yaWEtOTA0MDE1MmxyLmpwZw.webp?w=1920)
Потому сегодня, когда глава Ассоциации юристов России, бывший премьер-министр Сергей Степашин говорит, что Москва готовит для украинских военных некий аналог Нюрнберга, у меня не возникает сомнений: все необходимые доказательства по этому делу у нас есть. В частности, в том, что касается периода оккупации вооруженными формированиями Украины части Курской области.
Поэтому принятие Международным судом ООН встречного иска к Украине открывает России возможность положить конец, казалось бы, бесконечному потоку лжи в СМИ и, более того, представить миру подлинные свидетельства преступлений киевского режима.
Это крайне важно, ибо иначе победа России в СВО будет неполной и неокончательной.