Миллионы на лечение, боль и шрамы. Как авария с женщиной «без истории» разрушила жизнь семьи из Ростова

В 2011 году тогда еще четырехлетняя Марина обрела новую жизнь: семья из Ростова — Александр, Ирина и их дети Артем и Ольга — взяли ее из детского дома, после чего жизнь малышки наладилась. 22 сентября 2014 года Александр вместе с Мариной забирали Артема из музыкальной школы на машине. В поездке в автомобиль семьи врезалась девушка по имени Синди-Беатрис Петрова. Марина получила открытую черепно-мозговую травму, а врачи также поставили диагноз — поражение центральной нервной системы. Это значило, что девочка навсегда останется инвалидом.

Участницу ДТП Петрову суд признал виновной, но она попала под амнистию. Суд обязал женщину выплатить пострадавшей семье более миллиона рублей компенсации, вот только до сих пор Алимовы не получили ни копейки.

Петрова свою вину до сих пор не признала. Она даже не извинилась.

За Петровой не числится имущества: машин, квартир и денег нет. По данным Telegram-канала «Дальше действовать будем мы», Синди-Беатрис официально не работает, а когда к ней домой приходили судебные приставы, дверь никто не открыл. Следователи не исключают, что Петрова могла покинуть страну.

Пока приставы гоняются за виновницей аварии, семья Алимовых продает все, чтобы оплатить дорогостоящее лечение. У Марины уже было пять сложнейших операций: ей нужно хирургически исправить сколиоз четвертой степени, деформацию стоп, а также пройти курс послеоперационной реабилитации и нейрореабилитации.

Александр Алымов — отец девочки — рассказал, что на содержание Марины уходит 400 тысяч рублей. Он не уточнил, какой промежуток времени имелся ввиду. Однако миллиона от Петровой хватило бы, чтобы лечиться несколько месяцев.

«Реабилитация будет проходить до тех пор, пока мы будем находить деньги для Марины», — сказал Алымов.

Сложное лечение

«360» удалось пообщаться с отцом семейства Александром. По его словам, московская клиника «Медицина» согласилась прооперировать Марину — это стало известно на прошлой неделе, когда семья летала из Ростова в столицу. Цена операции — 1,3 миллиона рублей, которые согласился выделить благотворительный фонд.

На что идут деньги: сама операция стоит 362 тысяч рублей, 155 тысяч попросили за консультацию, лабораторный контроль во время операции и так далее, лекарства стоят еще 200 тысяч, послеоперационный контроль — 115 тысяч, наблюдение — 65 тысяч, пребывание в двухместной палате 18 дней — 250 тысяч, а послеоперационный уход и работа медсестры — 130 тысяч. И это только предварительная смета.

Этот вариант подходит семье как минимум потому, что другие клиники отказывались лечить Марину — считают, что бессмысленно. В 2017 году Марина была на реабилитации в Испании, после чего ее состояние улучшилось: она много гуляла, получала много впечатлений. Для поврежденного мозга новые эмоции нужны, чтобы восстановиться. Однако в Ростове семья живет на девятом этаже, поэтому часто гулять с девочкой не получается. Из-за этого - регресс.

По словам отца, виновница действительно не выплатила ни копейки. Приставы объявили ее в федеральный розыск, однако, по мнению Александра, толком женщину никто не пытался найти. Главным сыщиком оказалась старшая сестра Марины — Ольга, которая по социальным сетям вычислила Синди-Беатрис Петрову. Оказалось, что женщина давала мастер-классы по маникюру, у нее есть свой салон. Кроме того, она ведет активную светскую жизнь, но платить не хочет.

Приставы разбираются, на кого записан салон красоты, так как все имущество Петровой, видимо, там — именно его пустят в расход для выплаты компенсации.

По словам Александра, на все операции потрачено уже около 17 миллионов рублей. Врачи уже убрали гематому — это было сразу после ДТП, в Испании ставили пластину, которая должна была расти вместе с костями Марины, однако впоследствии ее пришлось удалить. Шрам на лбу у Марины — это место, куда ставили пластину.

Все операции делали либо в России, либо в Испании. Девочку часто обследовали в центре, где работает Александр. Он врач-анестезиолог с 37-летним стажем.

Что касается 1,3 миллиона рублей на операцию на позвоночнике, то Александру позвонили из Москвы и сообщили, что нужно срочно приехать в столицу на консультацию.

«Они позвонили, сказали, что нужно срочно привезти дочь на консультацию, чтобы выставить счет фонду. Фонд нашли, но до Нового года нужно выставить счет, и они начнут собирать деньги», — сказал отец Марины.

Клиника «Медицина» сделает операцию только на позвоночник. Это не последние мероприятия, которые нужны Марине — как минимум девочке необходимо хирургическое вмешательство по стопам. Однако деньги на это будут искать уже после лечения в клинике «Медицина».

«Когда ей прооперируют позвоночник, ее можно будет сажать в коляску. Сейчас она заваливается. Ее посадим в коляску, и потом пойдет речь, что нужно оперировать стопы. Но опять, клиники, которые занимаются детской ортопедией, прислали ответ, что это нецелесообразно. Хотели прооперировать в Испании, но потом представитель российской детской ортопедии сказал: „Зачем вам тратить деньги, мы прооперируем у себя, бесплатно“. В Испании мы отказались оперироваться, приехали сюда — сказали, что нецелесообразно», — поделился Александр.

Сейчас семья постоянно на работе. «Я уже 37 лет работаю анестезиологом. Дело в том, что, во-первых, я работаю на полторы ставки, жена работает, плюс дочь старшая работает. Деньги с фондов мы не берем [на личные нужды]. Здесь не столько материально, сколько морально [сложно]. Мы не можем поехать все вместе в отпуск, для нас проблема — уйти с женой в театр. Дома нанимаем няню», — рассказал мужчина.

Сын Александра учится в Москве в академия музыки имени Гнесиных, ему 17 лет. Старшей дочери Ольге 30 лет.

Если вы хотите помочь семье Алымовых, вот их реквизиты: