«Новый Гитлер» для Израиля и враг для США: аятоллу Хаменеи спрятали от Трампа, что дальше?

Бессменный аятолла Хаменеи

Нынешняя политическая система Ирана, сочетающая республиканские и теократические черты, сформировалась после Исламской революции 1979 года. В основе ее лежит принцип «велаят-е факих», согласно которому возглавляет государство не президент, а рахбар — шиитский богослов и законовед.

Высший руководитель Ирана контролирует буквально все: законодательную, исполнительную и судебную ветви власти, определяет общую политику страны, является Верховным главнокомандующим Вооруженных сил ИРИ, издает решения (фетвы) по вопросам мусульманского права.

В кадровых вопросах ключевая роль также отведена ему — ни одно назначение ни в гражданской исполнительной власти, ни в сфере безопасности не может состояться без его решения.

При нем работает специальный совещательный орган — Совет по определению целесообразности принимаемых решений. Состав этого совета каждые пять лет тоже утверждает рахбар. Этот орган помогает верховному лидеру разрешать противоречия между ветвями власти.

Корпус стражей Исламской революции (КСИР), выполняющий функции спецслужбы, полиции и армии, тоже подчиняется главе государства.

Политический путь Хаменеи

Али Хаменеи занимает пост рахбара с 1989 года. До него Иран возглавлял лидер революции 1979 года аятолла Рухолла Хомейни. С ним нынешний рахбар познакомился в Куме, где продолжал получать теологическое образование. Так у него появился духовный наставник, а в дальнейшем Хомейни сыграл большую роль и в политическом становлении Хаменеи.

Политическая карьера будущего рахбара началась в 1960-х, когда он включился в работу исламистского подполья, требовавшего свержения шаха Мохаммеда Резы Пехлеви. Тогда Хаменеи неоднократно попадал под арест и находился под пристальным вниманием спецслужб.

После революции 1979 года нынешний лидер Ирана стал депутатом меджлиса, а в 1981 году при поддержке 97% избирателей — президентом страны. На этом посту он проработал восемь лет. В 1989 году умер аятолла Хомейни и Совет экспертов избрал Хаменеи на пост высшего руководителя страны. Его кандидатуру поддержали тогда 60 из 74 членов этого узкого, закрытого и непубличного сообщества.

На новой должности Хаменеи начал опираться на системную настройку институтов и разработку государственной стратегии и проявил себя в первую очередь как стратег и управленец, отмечает востоковед Григорий Лукьянов.

Именно этот рахбар сформулировал базовые принципы «стратегии терпения», определяющей внешнюю политику Ирана. Главные ее тезисы — не участвовать в конфликте, если ты не можешь победить, и уклоняться от попыток противника навязать бой на невыгодных условиях, пояснил ученый в беседе с Lenta.ru.

Израиль называет Хаменеи «новым Гитлером»

Позиция Хаменеи относительно Израиля крайне жесткая. Он убежден, что эта страна несет угрозу всему Ближнему Востоку, а также обвиняет израильские власти в причастности к протестной активности в Иране.

Для рахбара Израиль — «сионистское государство», «уродливое образование» и ближневосточная «раковая опухоль». Такие определения он давал в некоторых своих публичных выступлениях. В 2001 году Хаменеи открыто говорил о том, что миссия Исламской Республики Иран в том, чтобы стереть Израиль с карты региона.

Вместе с тем аятолла уточнял, что Иран выступает именно против политического режима в Израиле, а не против его народа.

Израильская сторона отвечает такими же громкими и жесткими оценками. Хаменеи там считают «современным Гитлером», а глава Минобороны Израиля Исраэль Кац заявлял, что аятолла «не должен существовать».

Как Грэм просил Трампа убить Хаменеи

В начале 2026 года известный антироссийский «ястреб», одиозный сенатор Линдси Грэм призывал Дональда Трампа ликвидировать Хаменеи и других представителей исламского режима. Рахбара он назвал «религиозным нацистом» и выразил уверенность, что его смерть вдохновит протестующих и придаст им смелости.

Впрочем, Трамп еще во время Двенадцатидневной войны уверял, что не собирается устранять Хаменеи, хотя он и «легкая цель». Более того, в свойственной ему манере похвастался, что спас его «от ужасной и позорной смерти».

«Я СПАС ЕГО ОТ ОЧЕНЬ УЖАСНОЙ И ПОЗОРНОЙ СМЕРТИ, и ему даже не нужно говорить: „СПАСИБО, ПРЕЗИДЕНТ ТРАМП!“» — написал он в своей соцсети Truth Social.

Новые заявления США, Израиля и Резы Пехлеви

Сегодня премьер-министр Биньямин Нетаньяху в обращении к нации назвал операцию «Рычащий лев» с ударами по Ирану ответом на «экзистенциальную угрозу» и поблагодарил президента США за «историческое лидерство».

«На протяжении 47 лет режим аятолл призывал: „Смерть Израилю“, „Смерть Америке“. Он <…> убивал многих американцев и истреблял свой собственный народ. Этому кровожадному террористическому режиму нельзя позволить вооружиться ядерным оружием», — заявил он и призвал израильтян запастись терпением.

Дональд Трамп также объявил о проведении масштабной военной операции и пообещал уничтожить ракеты Ирана, сровнять с землей ракетную промышленность страны и уничтожить ее флот. Помимо этого, республиканец предложил иранским военным выбор: капитуляцию или верную смерть при сопротивлении.

К народу Исламской Республики политик обратился со словами «час вашей свободы настал» и призвал свергать правительство.

На фоне ударов, затягивающих уже весь Ближний Восток, ожидаемо активизировался сын последнего иранского шаха Реза Пехлеви, живущий в окрестностях Вашингтона. Он выпустил онлайн-обращение и заявил о планах вернуться.

Хаменеи не удержит власть?

В силу особенностей институциональной архитектуры власти в Иране сама по себе эвакуация верховного лидера страны не означает автоматического конца режима, говорит политолог и эксперт по Ближнему Востоку Дмитрий Бридже.

По словам эксперта, даже в условиях военной операции у нее есть возможности для маневра и механизмы продолжения.

«Есть силовой контур — КСИР, бюрократия и, конечно же, процедуры преемственности в Иране. Поэтому, конечно, безопасность Хаменеи важна символически, но вопрос в том, способна ли система поддерживать управляемость, лояльность элит и контроль над улицей на фоне внешнего удара, внутреннего напряжения, внутренних экономических проблем, которые будут только увеличиваться на фоне эскалации на территории Ближнего Востока», — пояснил он в беседе с 360.ru.

По прогнозу эксперта, нынешний верховный лидер Ирана может удержаться у власти, если система сохранит управляемость и монолит элит. Но важно понимать, что сама эта система уже живет в логике замены.

Поэтому, подчеркивает Бридже, ключевой вопрос не в том, где сейчас находится Хаменеи, а в том, останется ли у этого идеологического режима достаточный ресурс легитимности и контроля. И ответ на него может появиться в ближайшие недели.

«Если военное давление совпадает с экономическим истощением и недоверием общества, то идеологическая мобилизация начинает давать сбои», — предупредил политолог.

Также важно понимать и то, что хотя формально система может избрать нового верховного лидера, в реальности — в момент атак и шока — любой транзит власти становится проблематичным: появляются противоречия между духовным истеблишментом, КСИР и технократами. И это может обостриться на фоне внутренних проблем Ирана и роста эскалации на всем Ближнем Востоке.

Что до выступления Резы Пехлеви, он регулярно делает заявления о приближении падения режима в Иране, пытается показать себя как некий политический символ. Однако его реальная способность конвертировать момент кризиса во власть зависит не от медийного эффекта, а от трех факторов, подчеркивает Бридже.

• Первый фактор — появится ли единый оппозиционный контур внутри и вне страны.
• Второй фактор — произойдет ли раскол и в силовом аппарате.
• Третий фактор — появится ли понятная модель переходного управления, которая устроит хотя бы часть элит и общества.

«Но сегодня это не выглядит как автоматический сценарий, хотя как символический центр притяжения он старается использовать окно возможностей, но пока большой вопрос, насколько он сможет стать этой альтернативой в Иране. Насколько народ поддержит его», — пояснил собеседник 360.ru.

Ведь на самом деле, несмотря на протесты, в Иране есть те, кто поддерживает государство, духовного лидера и нынешнее правительство. И противостояние разных групп населения может привести к внутреннему расколу, к разделению Ирана на разные территории.

«Возможен и сценарий долгосрочной гражданской войны, как это было после свержения Николая, когда были красные и белые, большевики и меньшевики. Внутренняя вся ситуация может напоминать то же самое. Вполне такое можно предсказать», — резюмировал Бридже.