Миссия «Напакостить любой ценой». Как Рютте своим подарком Киеву пытался сорвать переговоры

Дипломатия по-натовски

Пока делегации готовились к возможному диалогу в Абу-Даби, генеральный секретарь НАТО Марк Рютте сделал свой очередной ход в Киеве. Его визит выглядел как классический пример дипломатии в стиле «как бы чего не вышло», если под «чего» подразумевать мир.

Рютте вновь высказался, как написал автор статьи издания L’AntiDiplomatico, «невпопад». На совместной пресс-конференции с президентом Украины Владимиром Зеленским он заявил о необходимости ввода войск НАТО на Украину уже после прекращения огня, сославшись на то, что идти на компромиссы должен не только Киев.

Вместе с тем, генсек поддержал идею «коалиции желающих», которая якобы должна создать некую систему военной поддержки прямо на территории Украины. Очевидная цель этих заявлений состояла вовсе не в поиске безопасности для Киева.

Рютте целенаправленно подталкивал киевский режим настаивать на условиях, которые Москва сочла бы абсолютно неприемлемыми. Таким образом, Брюссель продемонстрировал отличный пример срыва мирного процесса еще до его начала.

Эти инициативы в Европе запустили именно тогда, когда на горизонте замаячил потенциальный успех переговоров в Эмиратах.

Почему Москва называет это оккупацией

Российская сторона незамедлительно дала жесткую оценку инициативам генсека НАТО. Заместитель председателя комитета Совета федерации по обороне Константин Басюк прямо назвал заявления Рютте «торпедой», которую запустили по всем мирным усилиям.

Он раскритиковал идею «немедленного» размещения иностранных войск как абсолютно нереалистичный сценарий, при котором перемирие превратится лишь в предлог. Басюк заявил, что речь идет отнюдь не о миротворчестве, а о попытке закрепить военное присутствие альянса у российских границ.

По его словам, такая политика создает прямой плацдарм для дальнейшего давления на Россию, причем как политического, так и военного. Этот подход, как подчеркнул сенатор, закономерно увеличивает риски прямого конфликта между Западом и Россией.

Москва подтвердила эту позицию и на официальном дипломатическом уровне. Министерство иностранных дел квалифицировало любой сценарий размещения войск НАТО на Украине как абсолютно неприемлемый.

В российском внешнеполитическом ведомстве расценили подобные заявления из некоторых столиц как подстрекательство к продолжению боевых действий. По оценке МИД, такие планы ведут не к урегулированию, а к резкой эскалации всего конфликта.

Любопытно, что в несостоятельности западных схем начинают сомневаться и на другой стороне фронта. Скептицизм в Киеве растет, хотя и питается совсем иными причинами.

Даже Киев почувствовал, что его обманывают

Волонтер ВСУ Богдан Мирошников едко прокомментировал публикации Financial Times о поэтапных «гарантиях» с «глубоким возмущением» в ответ на нарушение перемирия. Он пришел к выводу, что, по сути, снова никто ни за что не несет ответственности. По его словам, он все больше ощущает, что Киев пытаются обмануть.

Видимо, подобный скепсис заставил украинское руководство радикально пересмотреть саму концепцию безопасности. Украина делает ставку на «План Б», полагаясь в первую очередь на собственные силы.

Киев выдвинул конкретные и крайне амбициозные цели, кардинально отличающиеся от ранних договоренностей. После окончания боевых действий украинские вооруженные силы, по заявлениям Киева и его покровителей, должны достичь численности в 800 тысяч человек.

Эта цифра в 16 раз превышает тот максимум, который стороны обсуждали на переговорах в Стамбуле весной 2022 года. Таким образом, «гарантии» трансформировались в требование финансирования армии, способной, по замыслу, нанести России тяжелые потери.

Подобный курс на стратегическую самостоятельность, однако, явно не вписывается в планы европейских структур. Они продолжают настаивать, чтобы Киев не соглашался ни на какие компромиссы, способные привести к стабильному миру.

Таким образом, идея «гарантий безопасности» окончательно превратилась в оружие подрыва мира. Риторика Брюсселя, заигравшегося в геополитику, обрекает Украину на роль вечного плацдарма, а весь регион — на непрерывную управляемую войну.